вторник, 28 августа 2012 г.

НЕИЗВЕСТНЫЙ ПУШКИН...


...СТАШАЯ ДОЧЬ ПОЭТА УМЕРЛА В НИЩЕТЕ

27 августа 2012 года исполнилось 200 лет со дня рождения Наталии Гончаровой, любимой женщины Пушкина и матери его детей.
“Я влюблен, я очарован, словом, я огончарован”, - говорил Александр Сергеевич о своем романе с Натали.
Мне в эти дни хотелось бы вспоминить потомков гения. И не каких-нибудь пра-пра-пра, а самых прямых - старшую дочь Пушкина.
Которая ушла из жизни уже при власти большевиков, в 1919 году.
Не знаю, как вам, а мне Пушкин представляется чем-то очень далеким. Родным и близким по своим творениям, которые воспринимает даже мой трехлетний сын. Но при этом – героем века не прошлого, а уже первой половины позапрошлого.
Каково же было мое удивление, когда великая московская старушка Вера Ивановна Прохорова, чьи воспоминания я записывал, как-то заметила, что была хорошо знакома с дамой, на руках которой испустила дух старшая дочь Пушкина.
Та самая, которую он то и дело поминал в письмах к жене и внешность которой Лев Толстой использовал, сочиняя облик Анны Карениной.
Это звучало невероятно. Придя домой, я тут же проверил биографию старшей дочери Пушкина. Все совпадало.
А потом я позволю себе процитировать слова Веры Прохоровой, полная запись которой находится на страницах нашей  с ней книги “Четыре друга на фоне столетия: Рихтер, Пастернак, Булгаков, Нагибин и их жены”:
 - По линии бабушки Полуэктовой, папиной мамы, в родстве с нами состояла правнучка Пушкина Наталья Сергеевна Мезенцова.
Она была замужем за родственником бабушки. Я Наталью Сергеевну хорошо знала. Она ведь умерла сравнительно недавно, чуть не дожив до 200-летия Пушкина.
В Наталье Сергеевне чувствовалась порода, в ней была стать. Она рассказывала мне о старшей дочери поэта, Марии Гартунг, которая после революции жила в общей квартире, в клоповнике.
Мария Александровна была первым ребенком Пушкина. У нее был какой-то несчастный брак, я это по семейным приданиями знаю.
(Муж Марии Александровны, генерал Гартунг, покончил собой во время суда, обвиняемый в хищении. Он пустил пулю себе в сердце во время объявленного перерыва в судебном заседании. В предсмертной записке написал, что “…ничего не похитил и врагам своим прощаю”. Мария Алексанлровна  потом написала родственникам, что в невиновность мужа верила с самого начала, что он, умирая, простил своих врагов, но она им не прощает. – прим. И.О.)
Она прожила большую жизнь: родилась в 1832 году и умерла в 1919-м.
Мария Александровна буквально нищенствовала. Когда становилось совсем невмоготу, отправлялась на Тверской бульвар к памятнику отцу и рассказывала о своих бедах.
В конце концов, Наталья Сергеевна Мезенцова пошла на прием к наркому просвещения Луначарскому. Он принял ее и обещал помочь дочери Пушкина. Но в итоге ни пенсии, ни отдельной квартиры Мария Александровна так и не получила. Лишь в день ее похорон вышло постановление о выделении пенсии, тоже, между прочим, копеечной. Гартунг умерла в 1919 году на руках Мезенцовой.
Мы ее называли тетя Наташа. Помню, как она возмущалась: «Ну в какой бы еще стране мог быть такой министр культуры, который дал роскошный особняк босоножке Дункан и при этом оставил в нищете дочь Пушкина?”
Похоронили Марию Александровну Гартунг на Донском кладбище в Москве…

Комментариев нет:

Отправить комментарий